СИЗО вместо подписей. Как шел суд по делу о стычке в Гродно, с которой началось «дело Тихановского»
Антон Мардилович
СИЗО вместо подписей. Как шел суд по делу о стычке в Гродно, с которой началось «дело Тихановского»
796

Иллюстрация: Таня Сафонова / Медиазона

Стычка с милиционерами во время сбора подписей в Гродно стала поводом для ареста Сергея Тихановского и десятка его соратников — и, по сути, положила начало череде предвыборных арестов в Беларуси. Троих из числа задержанных в тот день последние полгода судил Октябрьский районный суд в Гродно. Побывавший на этом процессе Антон Мардилович рассказывает, как активист, таксист и водитель мусоровоза пошли собирать подписи, а оказались в СИЗО — и почему боец ОМОНа называет одного из них «предателем», с которым он «когда-то служил бок о бок, плечом к плечу».

29 мая 2020 года, пикет по сбору подписей в поддержку Светланы Тихановской на Советской площади Гродно. К создателю ютуб-канала «Страна для жизни» и несостоявшемуся кандидату в президенты Сергею Тихановскому подходит женщина в кепке с розовым козырьком и начинает настойчиво задавать ему вопросы — это попало на стрим Тихановского.

Назвав женщину «провокатором», политик стал уходить в сторону. К ней же подошли два участковых милиционера и спросили, что случилось.

— Я задала вопрос человеку. Он от меня убегает, я хочу получить ответ, — ответила та.

Милиционеры приблизились к Тихановскому, тот произнес: «Провокация», развернулся и попробовал уйти, но участковые взяли его за правую руку. Несколько стоявших рядом людей попробовали оттеснить милиционеров от Тихановского, и в результате один из участковых — Владимир Козловский — оказался на земле. На кадрах стрима видно, что перед этим его обхватил сзади мужчина в кожаной куртке.

Сам Тихановский двинулся в сторону Фарного костела Гродно, повторяя, что происходящее — провокация. Уже через несколько минут прибывшие к площади омоновцы задержали политика.

После этого Тихановский и несколько его сторонников оказались в СИЗО по обвинению в грубом нарушении общественного порядка. Судить всех вместе их не стали, разбив обвинение на отдельные дела.

Обвинение: незаконное мероприятие под видом пикета

Владимира Книгу, Евгения Розниченко и Дмитрия Фурманова обвинили в организации групповых действий, грубо нарушающих общественный порядок (часть 1 статьи 342 УК). Розниченко и Книгу обвиняют также в применении насилия к сотрудникам органов внутренних дел (статья 364 УК).

Согласно обвинению, 29 мая Сергей Тихановский и Дмитрий Фурманов, который был координатором инициативной группы по выдвижению Светланы Тихановской, вместе с другими лицами организовали в Гродно незаконное массовое мероприятие под видом пикета по сбору подписей.

Фурманов, по версии обвинения получивший от Тихановского материальное вознаграждение, занимался поиском «соучастников» для грубого нарушения общественного порядка — в том числе привлек к нему Владимира Книгу и Евгения Розниченко. Книга — отставной сотрудник гродненского ОМОНа, ставший волонтером инициативной группы Светланы Тихановской, Розниченко — ездивший на заработки в Россию таксист, формальный член этой группы.

Милиционеры, которые вместе с женщиной в кепке (ее личность следствие так и не установило) подошли к Тихановскому на площади — Владимир Козловский и Александр Хваленя, их признали потерпевшими по делу. Розниченко, по версии обвинения, чтобы помешать им задержать Тихановского, схватил сзади и удерживал милиционера Козловского руками за туловище, руки и форменное обмундирование, оттаскивая его от блогера, после чего повалил на тротуарную плитку.

В то же время другие люди, присутствовавшие на площади, настаивает обвинение, нанесли милиционеру Хвалене не менее двух ударов ногами в район туловища и ног, а Козловскому — не менее двух ударов неустановленными предметами в область головы и туловища. Обоих милиционеров толкали и хватали за различные части тела и форменное обмундирование. Козловский и Хваленя получили побои. С формы Хвалени сорвали персональный видеорегистратор, его служебный мегафон повредили, а с форменной куртки Козловского оторвали рукав со знаком МВД и повредили форменные ботинки.

После задержания Тихановского сотрудниками ОМОН Книга и другие собравшиеся попробовали отбить его. Владимир Книга, по версии обвинения, резко закрыл дверь служебного микроавтобуса, в который два командира групп ОМОНа — 34-летний Дмитрий Рахунок и 35-летний Виктор Будник — вели блогера. Из-за этого дверь получила повреждения: в суде омоновцы говорили, что она перестала закрываться, так что ее пришлось придерживать во время езды.

После этого, настаивает следствие, Книга ударил Рахунка в область левой руки и левой части туловища, а затем хватал, сдавливал и удерживал его, хватая руками за форму и различные части тела, в том числе за шею, чтобы оттянуть от Тихановского. В это время «иные лица» ударили омоновца Будника как минимум один раз в область туловища. Омоновцев толкали, хватали руками и пробовали сбить с ног.

Ни один из троих обвиняемых не признал свою вину. Процесс над ними начался 18 января в суде Октябрьского района Гродно и занял больше пяти месяцев.

Иллюстрация: Таня Сафонова / Медиазона

Милиционеры: подошли к Тихановскому, чтобы выслушать его мнение

Участковые — 33-летний Владимир Козловский и 37-летний Александр Хваленя — просили суд разрешить им давать показания в закрытом заседании — они утверждают, что из-за уголовного дела их родным поступают оскорбления и угрозы физической расправой. Суд ходатайство отклонил.

Козловский рассказал, что 29 мая заступил на службу вместе с Хваленей. На инструктаже им поставили задачу пресекать правонарушения и напоминать людям на Советской площади о соблюдении масочного режима. Они дежурили возле площади с полудня.

Около 20:00, говорил Козловский, им по рации передали команду выйти на площадь и повторить собравшимся указание соблюдать меры безопасности из-за COVID-19. Там, по словам милиционера, они услышали женские крики — и вскоре узнали, что между Тихановским и какой-то женщиной в кепке произошел словесный конфликт.

— А именно: задавала ему вопросы, он не хотел отвечать на эти вопросы. Дальше решили разобраться и пошли на голоса, — рассказывал Козловский.

Поговорив с женщиной в кепке, они подошли к Тихановскому «с целью разобраться в данной ситуации, не допустить конфликт, выслушать его мнение» — а тот почему-то попятился и попытался скрыться в толпе. Тогда Козловский взял политика за руку, чтобы «обратить на себя внимание».

После этого толпа начала смыкаться вокруг участковых. Тихановский высвободил руку, а милиционер Козловский ощутил удар в висок слева — там потом образовалась шишка — и почувствовал, что стал терять равновесие и по рации запросил помощь. Он получил еще один удар — на этот раз «в живот, под ребра», ему стало тяжело дышать. Уже лежа на земле, он увидел над собой плотного мужчину в кепке и кожаной куртке. Подняться ему помогли окружающие.

Александр Хваленя в это время продолжил идти за Тихановским. Он вспоминал в суде, что в толпе кто-то схватил его за жилет, а затем он почувствовал удар по голени и удар в спину. Оглянувшись, увидел лежащего на земле Козловского и «по его взгляду» понял, что напарник предлагает ему следовать за Тихановским. По словам Хвалени, он предположил, что именно блогер повалил Козловского. Но к моменту, когда он пробился через толпу, выяснилось, что Тихановского уже забрали сотрудники ОМОНа.

Адвокат Татьяна Лишанкова, защищавшая Розниченко, уточнила у милиционера, совершал ли политик какие-либо противоправные действия — тот ответил, что Тихановский «как законопослушный гражданин, когда к нему подошли сотрудники милиции, должен был остаться на месте и разобраться в данной ситуации, а не пытаться скрыться».

— Было словесное обращение: «Мужчина, постойте», — развивал эту мысль участковый, отвечая на вопрос адвоката Вадима Мушинского. — Мужчина продолжает уходить в толпу от меня. Чтобы он обратил на меня внимание, я взял его за руку (насколько помню, за левую). Он сбросил мою руку и пошел дальше в толпу. Законопослушные граждане так не поступают.

— Скажите, а что со стороны Тихановского было нарушено?

— На тот момент надо было разобраться в конфликтной ситуации, которая возникла у них.

Участковый Козловский подал к Розниченко иск о возмещении морального вреда в размере 8 000 рублей — из-за угроз, которые, по его словам, с тех пор уже восемь месяцев получает семья. Сумму иска он объяснил тем, что «среднемесячная зарплата у нас в стране — 1 000 рублей». Услышав эту сумму, зал засмеялся.

Розниченко: «Я его просто подхватил»

Евгений Розниченко вспоминал в суде, что вообще не собирался участвовать в предвыборной кампании и ждал возможности уехать на работу в Россию, и все, что он сделал — предоставил свою машину для перевозки стоек, палаток и музыкальной аппаратуры. Потому и оказался 29 мая на Советской площади, где проходил пикет.

Вину в нападении на участкового Козловского он не признает — говорил, что его просто «толпой зажало в середину всего происходящего»:

«Меня очень сильно прижало к какому-то человеку. К какому — я не видел, потому что это происходило очень быстро и появилось какое-то шоковое состояние в этот момент. Потом в какой-то момент появился едкий писк непонятный. Толпа начала отступать, и я по инерции попятился назад. В этот момент на меня начал падать впереди стоящий человек, я его просто подхватил».

Упавшим и был милиционер Козловский. Как вспоминал в суде Розниченко, из-за «слабой физической развитости» и неспособности удерживать большие грузы он участкового «положил аккуратно на асфальт», отошел в сторону и стал снимать происходящее на телефон. На площади как раз начались задержания.

Как отмечала в суде адвокат Татьяна Лишанкова, на записях событий видно, что Розниченко просто подхватил милиционера во время падения и насилия к нему не применял. Участковый Хваленя вообще был поодаль от подсудимого, так что за причиненный ему ущерб нести ответственности он не может.

Лишанкова заметила, что следствие даже не нашло женщину в кепке, хотя именно с нее начались все эти события. Адвокат высказала подозрение, что произошедшее — «попытка инсценировать наличие каких-либо противоправных деяний в действиях Тихановского, членов инициативной группы и волонтеров, которые ему помогали».

Иллюстрация: Таня Сафонова / Медиазона

Потерпевшие омоновцы: сломанная дверь буса и предательство экс-омоновца Книги

Командир опергруппы ОМОНа Виктор Будник в суде говорил, что вместе с коллегой Дмитрием Рахунком и еще тремя омоновцами нес службу возле Советской площади. Они находились в белом микроавтобусе «Соболь» без опознавательных знаков.

По словам Будника, около 19:30 или 20:00 группе поступило сообщение по рации, что на площади избивают двоих сотрудников милиции — они выехали и на площади увидели лежащего милиционера и группу из примерно десяти людей, уходивших в сторону Фарного костела. Вместе с Рахунком, по словам омоновца, они направились туда и задержали «того, что впереди шел» — Сергея Тихановского.

Примерно на полпути к «Соболю» Тихановский, говорил Будник, начал упираться ногами и размахивать руками, а люди с площади пытались помешать вести его. Будник в суде утверждал, что получил удар от человека в кофте с тремя полосками на рукавах — при этом среди обвиняемых по делу, в котором он проходит потерпевшим, омоновец этого человека не опознал.

Возле автомобиля, продолжал он, «начался сумбур», в итоге омоновцы из соседних автомобилей помогли оттеснить людей от «Соболя», а Тихановского удалось задержать и увезти. После отъезда с площади боковая дверь в «Соболе» была сломана, ее пришлось придерживать по дороге, потому что она не закрывалась.

Дмитрий Рахунок по должности тоже командир опергруппы ОМОНа. В тот день старшим был именно он — в подчинении у него был наряд из пяти человек, в том числе и Будник. В суде омоновец в целом повторил рассказ своего коллеги Будника, уточнив только, что во время задержания Тихановский кричал: «Это провокация, позор!».

Рахунок говорил в суде, что когда они подвели Тихановского к «Соболю», именно Владимир Книга толкнул его в плечо, а потом обхватил за шею и стал тянуть вниз. Тогда кто-то из милиционеров оттянул Книгу, и силовики смогли посадить Тихановского в машину, а потом отвезли в Гродненский РОВД. От действий Книги омоновец, по его словам, не ощутил физической боли и за медпомощью не обращался.

На заседании Рахунок предъявил служившему раньше в ОМОНе Книге иск в размере 2 000 рублей за причиненный моральный ущерб, но пообещал направить эти деньги в детский дом, поскольку они ему не нужны. Основанием для иска он назвал то, что «не ожидал таких действий от товарища, который когда-то служил с ним бок о бок, плечом к плечу».

По мнению Рахунка, подсудимый «предал» его и других сотрудников ОМОНа, которые в том числе материально помогали его семье, когда тот находился в заключении — в 2012 году Книгу осудили на 3,5 года колонии за превышение служебных полномочий (часть 2 статьи 426 УК). Омоновец также предполагает, что после событий 29 мая его личные данные попали в интернет — это он также упомянул при предъявлении иска.

На вопросы защиты о фамилиях людей, которые входили в его наряд, Рахунок не ответил, сославшись на то, что не помнит. Похожим образом он отреагировал на вопрос о том, кто проводил для них в тот день инструктаж — только после того, как судья Ольга Бекушева настояла, он ответил, что это, возможно, был командир гродненского ОМОНа. Этот пост занимает Виктор Кравцевич.

Книга: опыт работы силовиком и «искусственно созданная толпа»

Владимир Книга в последнее время работал водителем мусоровоза. Он был волонтером инициативной группы Тихановской, однако до начала следствия не знал ее координатора Дмитрия Фурманова — но по волонтерской деятельности был знаком с Евгением Розниченко.

Как и все, он смотрел канал Тихановского и ходил на его встречу с подписчиками 26 апреля 2020 года в парке Жилибера в Гродно. Книга вспоминал в суде, что хотел лично познакомиться с политиком во время гродненского пикета.

До начала конфликта он пробыл на площади всего 20 минут и, как говорит, не видел там плакатов и не слышал политических лозунгов — а потому не согласен со следствием, что там был митинг, а не просто пикет по сбору подписей. По словам Книги, толпа, сгрудившаяся вокруг милиционеров, была создана искусственно: «Допустим, за мной стоит человек, который кричит, и он толкает меня вперед. То есть создается толпа».

Свою позицию Книга аргументировал тем, что раньше как сотрудник милиции работал на массовых мероприятиях, и может отличить настоящую толпу от «искусственно созданной».

Он не толкал намеренно омоновца Рахунка, настаивает подсудимый, но споткнулся о бордюр и потому мог случайно задеть омоновца. Книга не отрицает, что закрывал дверь микроавтобуса, но, как он пояснил, на автомобиле не было опознавательных знаков — и он не мог знать, что это машина ОМОНа. Излишней силы не применял.

Адвокат Светлана Горбаток отмечала в суде, что установить по видеозаписям, были ли действия Книги по отношению к Рахунку умышленными, невозможно, а предъявленный ему иск омоновец фактически обосновал личной обидой, обвинив Книгу в «предательстве».

Фурманов: собирал подписи, подхватили за руки, кинули в автобус

Дмитрий Фурманов был администратором чата «Страны для жизни» в телеграме и координатором инициативной группы по сбору подписей за Светлану Тихановскую. По словам Фурманова, он никогда не получал от Тихановского денег, а чат администрировал не более часа в день. С двумя другими подсудимыми знаком только по материалам дела.

Вместе с Сергеем Тихановским, его оператором и водителем Фурманов ездил на пикеты в нескольких городах в Беларуси — питание и ночевки, по его словам, оплачивал политик, но заранее этот вопрос не обсуждался. В поездках по городам активист участвовал, чтобы обучить других членов инициативной группы Тихановской правильно собирать подписи и планировал прекратить поездки после возвращения в свой родной Гродно.

29 мая на Советской площади Фурманов, по его словам, увлеченно собирал подписи, и потому узнал о произошедшем на площади постфактум — обернулся на крики и увидел уже лежащего милиционера. После этого он решил не отвлекаться и продолжить сбор подписей, но не смог:

«Ко мне подбежали неизвестные мне лица в медицинских масках, схватили меня за руки, подняли и понесли в неизвестном мне направлении. При этом я получил удар в лицо, из-за чего на некоторый момент отключилось сознание. Далее я уже находился в автобусе, меня кинули на пол. Ко мне применили болевой прием на запястье, я очнулся и так провел время до выгрузки из автобуса». Эти люди отвезли его в местный отдел милиции.

В начале марта, когда суд шел уже два месяца, активист сообщил, что держит голодовку — Фурманов объявил ее после того, как его по неизвестной причине посадили в карцер на пять суток. При этом из камеры весь предыдущий месяц его выводили только в наручниках. Через неделю голодовку он прекратил.

Фурманов — единственный из троих подсудимых, кого не обвиняют в применении насилия к милиционерам. Его адвокат Вадим Мушинский заметил, что не понимает, каким образом обвинение пришло к выводу, что Фурманов «осуществил приискание сообщников» — Книги и Розниченко, хотя в суде было установлено, что Фурманов не был знаком с ними и никогда не общался. В обвинении также говорится о «приискании иных лиц», но кто эти люди, в деле вообще не указано.

Свою речь во время последнего слова Фурманов произнес на беларуском. Он сказал, что в стране наступил правовой дефолт — отдельно он отметил, что женщину, которая задавала Тихановскому вопросы на площади, так и не привели в суд. Тем не менее, считает Фурманов, скоро придет новое время, в котором беларусы будут гордиться своей страной и своими правоохранительными органами в том числе. Закончил выступление он строфой из стихотворения Николая Ермоловича «Ты хочаш жыць для Беларусі?».

Розниченко во время последнего слова не сдержал слез. Он заявил, что невиновен, а само обвинение построено на домыслах и предположениях прокурора. Отдельно он отметил, что не бил сотрудников милиции, но тем не менее сидеть в заключении будет именно он — потому что так удобно обвинению.

Книга выступил кратко. Он согласился с другими обвиняемыми по делу и добавил, что произошедшее на Советской площади 29 мая — «провокация, спланированная силовыми ведомствами». Завершил свою речь он лозунгом «Жыве Беларусь».

Все адвокаты по делу требовали оправдать своих подзащитных.

Прокурор Никита Мысливец просил наказать Фурманова двумя годами колонии общего режима, Розниченко — тремя с половиной годами колонии общего режима, а Книгу — четырьмя годами колонии строгого режима.

К таким срокам 2 июня суд Октябрьского района Гродно приговорил обвиняемых. Розниченко обязали возместить моральный ущерб Рахунку — 1 000 рублей. Такую же сумму должен выплатить Розниченко Козловскому.

Ещё 25 статей