Дискредитация страны и власти. В Беларуси расширяют закон об экстремизме — главное
Глеб Лепейко|Алексей Ивашкевич|Антон Мардилович
Дискредитация страны и власти. В Беларуси расширяют закон об экстремизме — главное
916

Фото: AP

В начале апреля депутаты приняли в первом чтении поправки в закон «О противодействии экстремизму» — они еще должны пройти второе чтение в Палате представителей, затем их должен принять Совет Республики и подписать Александр Лукашенко. Но уже сейчас из текста законопроекта становится ясно, что он существенно расширяет понятие «экстремизма» — и теперь им будет считаться распространение «заведомо ложных сведений» о ситуации в Беларуси, оскорбление или дискредитация власти (а также, видимо, портреты осужденных и герб «Погоня»). «Медиазона» рассказывает о ключевых изменениях в этом законе.

Понятие экстремизма расширяется, теперь туда входит даже «дискредитация органов власти»

Раньше под определение экстремизма подпадали действия, которые власть трактовала как попытку захвата госвласти, подготовку к массовым беспорядкам и создание незаконного вооруженного формирования (также реабилитация нацизма или разжигание ненависти по тем или иным признакам).

В новом законе это понятие существенно расширяется, и теперь экстремизмом можно будет считать:

— распространение «заведомо ложных сведений» о политическом или ином положении Беларуси или правовом положении ее граждан, если такие сведения «дискредитируют» страну;

— оскорбление представителя власти или «дискредитация органов власти»;

— публичные призывы к несогласованным митингам и шествиям, а также привлечение людей к участию в них угрозами либо за вознаграждение — но только в том случае, если проведение демонстрации стало причиной гибели людей или телесных повреждений, либо же причинило ущерб в крупном размере;

— участие в незаконном обороте оружия, боеприпасов или взрывчатых веществ теперь тоже будет считаться экстремизмом;

То есть теперь, вероятно, в категорию экстремистов будут попадать не только осужденные по собственно обвинениям в экстремизме или терроризме, как было раньше, но и люди, кого судили по делам об оскорблении представителей власти или по делам о митингах — то есть значительная часть тех статьей, по которым судят протестующих.

«Мы видим, что они все сильнее и сильнее расширяют этот термин и хотят под экстремизм подвести абсолютно все, что не устраивает государственную идеологию», — говорит правозащитница Наста Лойко из Human Constanta.

Она отмечает, что термин «экстремизм» увеличился на четыре пункта — и часть из них связана как раз с мирными собраниями. «Если раньше закон о противодействии экстремизму больше работал на ограничение свободы слова, свободы высказывания, то сейчас они расширили термин экстремизм еще и до того, что сильно ограничивается свобода собраний и сильно ограничивается свобода объединений. И что там есть новые субъекты дополнительные, которых они могут назвать экстремистскими. Это могут быть и международные организации, в том числе профсоюзы», — добавляет Лойко.

«Ну и про эти несанкционированные массовые мероприятия. Это абсолютный бред, — уверена она. — Экстремизмом это не называют нигде в мире. Беларусь в этом смысле решила пойти дальше всех».

Экстремистских материалов станет больше — под запретом будут даже портреты осужденных и герб «Погоня»

Сейчас «экстремистским материалом» считается конкретная информация, которую суд связал с пропагандой экстремизма — например, конкретные статьи, книги, песни или все посты телеграм-канала Nexta и даже его логотип.

В новой версии закона отдельное внимание уделено перечню того, что можно будет считать экстремистским материалом (если власти решат, что эта вещь используется «в целях осуществления экстремистской деятельности или ее пропаганды») — под запрет на публичную демонстрацию подпадут даже портреты осужденных по статьям, которые теперь будут относится к категории экстремистских.

Так, под запретом, видимо, может оказаться портрет Марии Колесниковой — если ее и других членов Координационного совета признают виновными. Или, например, изображения людей, осужденных по статьям об оскорблении Лукашенко и других представителей власти.

Вот полный перечень из законопроекта:

— «флаги, гимны и иные музыкальные произведения, атрибуты униформы, свастики, эмблемы, символы, граффити, логотипы, вымпелы, значки и другие отличительные знаки или их копии, иные подобные объекты, в том числе объекты, которые являются или могут являться объектами авторского права, смежных прав, права промышленной собственности, в том числе нацистская символика и атрибутика, а равно любые изображения лиц, в отношении которых имеется вступивший в законную силу приговор [за экстремистское преступление]»;

Отдельно прописан запрет на использование для «пропаганды экстремизма» государственных символов и изображений из списка историко-культурных ценностей — в него входит, например, ставший одним из символов протеста герб «Погоня».

«Они очень широко трактуют, что такое экстремистская символика, — отмечает Лойко. — Проблема с портретами уже была в действующем законодательстве. В нашем списке экстремистских материалов есть портрет Адольфа Гитлера. Любой. Соответственно, даже в каких-нибудь книжках исторических или любой фильм, где фигурирует Гитлер, нельзя показывать, даже документальный».

Она замечает, что если в статье 19.10 КоАП, запрещающей распространение нацистской символики, есть оговорка о том, что в образовательных целях ее можно показывать, то в законах об экстремистских материалах такой оговорки нету.

«Если портрет Гитлера признан, то никаких исключений из этого быть не может, и соответственно, они вот такую практику опробовали, им понравилась, — говорит она. — Сейчас, мне кажется, что они за уши притягивают этот момент, например, к делу Алеся Пушкина. Потому что ему вменяют реабилитацию нацизма, связанную именно с портретом. Мне кажется, что им надо было обосновать [изменениями в законе об экстремизме] нежелательную визуальную продукцию, вот эту свободу творчества в том числе [притушить]. И неважно, какую идею при этом люди хотели вкладывать».

Противостоять экстремизму будут с помощью «гражданского и патриотического воспитания»

В новом законе к списку силовых ведомств, которые должны противодействовать экстремизму, добавились Министерство образования, органы юстиции и финрасследований, исполкомы и республиканский орган госуправления по делам религий и национальностей.

Они должны будут заниматься в том числе предотвращением экстремистских преступление с помощью «гражданского и патриотического воспитания детей и молодежи, формирования у граждан духовно-нравственных ценностей, гражданственности и патриотизма».

Ведомства теперь будут контролировать политические партии, профсоюзы, общественные объединения и религиозные организации — отчеты о том, не нарушают ли эти организации закон об экстремизме, будут поступать в МВД.

МВД же будет теперь вести и публиковать перечень причастных к экстремизму людей — в него войдут осужденные граждане и признанные экстремистскими организации.

Даже после погашения судимости осужденный еще пять лет не сможет работать педагогом и издателем, занимать госдолжности и служить в армии, а также заниматься деятельностью, связанной с оборотом наркотиков и психотропных препаратов, оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ. Все его финансовые операции будут «на особом контроле».

Иностранцам из списка экстремистов по закону запретят въезд в Беларусь, а тех, кто уже приобрел беларуское гражданство, могут его лишить.

Признавать граждан «экстремистским формированием» сможет даже не суд, а МВД и КГБ

Сейчас в законе есть понятие экстремистской организации, вынести решение о признании которой может только Верховный суд. В новом варианте выносить решение по этому вопросу смогут областные и экономические суды областей. При этом международные и иностранные организации признавать экстремистскими по-прежнему сможет только Верховный суд.

Право и подавать заявления в суд о признании организации экстремистской получат прокуроры из областей (сейчас это может сделать только Генпрокуратура).

Существовало также понятие экстремистской группы. В новом варианте закона группы больше нет, зато появляется определение «экстремистского формирования» — группы граждан, которые, по мнению силовиков, занимаются экстремистской деятельностью или финансируют ее. Признавать граждан таким формированием будут уже не суды, а МВД или КГБ.

Наста Лойко из Human Constanta считает, что этот новый термин вводился как будто «специально под дворовые чаты». По ее словам, дворовые чаты «уже публично МВД в своих пресс-релизах называет экстремистскими формированиями и они очевидно и специально ввели этот термин, чтобы подводить под него всего эти дворовые чаты».

Можно будет ликвидировать организацию, не признавая ее экстремистской

В перечень организаций, которые могут быть признаны экстремистскими, добавятся индивидуальные предприниматели, профсоюзы, а также не только беларуские, но и иностранные и международные организации.

«Я сразу вспоминаю независимый профсоюз РЭП, который уже не один раз подвергался давлению, и руководители которого были осуждены несколько лет назад. Я думаю, против них в первую очередь направлено, плюс стачкомы, которые стихийно были созданы на некоторых предприятиях, которые пробуют делать забастовки», — замечает Наста Лойко.

Если организация, по мнению проверяющих, занимается экстремистскими действиями, но состава уголовного преступления в них нет, ей будет вынесено предписание — за два предписания в течение года организация может быть ликвидирована.

Кроме того, новая версия закона разрешает прокурорам областей и Минска приостанавливать в этом случае работу организации — ей будет запрещено на это время проводить съезды, конференции, общие собрания, участвовать в работе государственных органов и даже использовать свои символику и атрибутику.

Членов признанной экстремистской организации на пять лет лишат права учреждать другие организации и СМИ или быть в них участниками. Экстремисты — индивидуальные предприниматели тоже не смогут зарегистрировать новое ИП в течение пяти лет.

«Закон об экстремизме давно, с 2007 года, потихоньку расширялся-расширялся, и вот они его расширили до 18 пунктов, — заключает Лойко. — Мне кажется, что это после событий августа 2020 года они перешли на поле идеологической борьбы. Надо каким-то словом всех протестующих обозвать, всех несогласных. Назвать их "фашистами", наверное, как-то не очень. А назвать "экстремистами" очень удобно. Потому что это термин, который на международном уровне не регулируется. Очевидно, что носит негативный характер. Мне кажется, что это идеологический подход со всякими устрашающими дополнительными моментами типа списков, ограничений, отметок, если людей судят по этим статьям. Это исключительно для негативной репутации, сегрегации населения».

Исправлено. Мы удалили ссылку на сообщение TUT.by, поскольку издание и его соцсети власти Беларуси признали «экстремистскими» — и за гиперссылки на них предусмотрена административная ответственность.

Ещё 25 статей