«Родители в ответе за своих детей». На уехавшего из Беларуси анархиста завели уголовное дело, а в СИЗО оказалась его мать
Ася Панасевич|Евгения Бровкина
«Родители в ответе за своих детей». На уехавшего из Беларуси анархиста завели уголовное дело, а в СИЗО оказалась его мать
14 832

Гаянэ Ахтиян на коленях перед вооруженными силовиками. Кадр из видео телеграм-канала «АнархистыБеларуси+»

Жанр вынужденных извинений на камеру за последние полтора года стал в стране рутиной, но беларуские силовики еще могут удивить. В начале декабря в близком к милиционерам телеграм-канале появился ролик с кадрами обыска у матери анархиста Романа Халилова, на котором немолодая женщина стоит перед силовиками на коленях.

В конце ноября в Полоцке у 56-летней матери анархиста Романа Халилова Гаянэ Ахтиян прошел обыск, ее задержали. Вскоре женщину арестовали на 10 суток за неповиновение милиции (статья 24.3 КоАП), а 2 декабря признали подозреваемой по делу о грубом нарушении порядка и перевели в Минск на Окрестина.

3 декабря в телеграм-канале «АнархистыБеларуси+», который, как сказал «Медиазоне» Халилов, ведут силовики, появилось видео со сценами обыска у его матери.

Ролик начинается с кадров выступления Халилова на фоне бело-красно-белого флага на одной из воскресных акций беларусов в Варшаве.

После этого следует монтажная склейка: в следующих кадрах кто-то клеит листовки на остановке и рисует баллончиком граффити; есть отрывки видео с протестов. Поверх изображения возникают крупные титры: «Вот что Рома хотел для своей страны». Видео сопровождает песня «Судно» беларуской постпанк-группы «Молчат дома».

Вторая часть ролика предваряется титрами: «Родители в ответе за своих детей…». Теперь мы видим, как силовики выламывают дверь квартиры, где живет мать анархиста Гаянэ Ахтиян. Затем камеру направляют на нее саму — женщина в очках стоит на коленях в спальне, рядом с ней несколько вооруженных силовиков. Один из них спрашивает: «Почему двери не открываем?». Ахтиян что-то отвечает, но разобрать, что именно она говорит, невозможно из-за фоновой музыки.

После очередной склейки на экране чередуются фотографии Ахтиян. На одной из них мать анархиста стоит на улице возле людей, завернувшихся в бело-красно-белые флаги, в руке у нее бело-красная лента. На другом фото она снята на улице в районе Белгосцирка с бело-красно-белым флажком в руках. Далее следуют кадры из квартиры Ахтиян, вероятно, после обыска: сваленные в кучу книги, фото страйкбольной винтовки и биты, взломанная дверь. Затем в кадре появляется сама Гаянэ Ахтиян и говорит, что силовики пришли за ней «по подозрению в массовых беспорядках».

Видео заканчивается словами задержанной: «Вину свою признаю, потому что…». При этом, по словам Романа Халилова, его мать не признала вину и отказалась давать показания по делу.

Видеомонтажер с 11-летним стажем работы, посмотревший ролик по просьбе «Медиазоны», обратил внимание на задержку звука; по его мнению, это свидетельствует о склейке на аудиодорожке.

— Она точно говорит «не признаю», это видно по губам. А они просто приклеили звук с задержкой, а «не» вырезали из аудиодорожки, — предположил специалист. Перед словами «вину свою признаю» изображение в кадре заметно дергается; этому тоже есть свое объяснение, полагает собеседник «Медиазоны».

— Они тоже могли специально это сделать, чтобы визуально отвлечь зрителей от звука. На самом деле-то там склейки по видеодорожке нет, то есть это дерганье само по себе бессмысленное, — рассуждает монтажер.

Сам Халилов проходит обвиняемым по делу организации «Революционное действие», возбужденному против него и еще 14 анархистов. По информации самой организации, некоторым из активистам вменяют как минимум 10 статей УК по эпизодам, в том числе, пятилетней давности. Среди них — создание либо руководство преступной организацией, экстремистским формированием, массовые беспорядки, хулиганство, осквернение сооружений, разжигание вражды. Не все из фигурантов дела задержаны — некоторые из них, как и Халилов, находятся за границей. По этому же делу обвиняемой проходит правозащитница Мария Рабкова. В письме родным она писала, что ей предъявлено обвинение по 11 статьям УК.

В начале ноября МВД признало интернет-ресурс «Революционное действие» «экстремистским формированием».

В начале октября на Халилова возбудили дело о возбуждении социальной вражды и розни по еще одному эпизоду — 29 сентября в Варшаве он участвовал в акции солидарности с минским айтишником Андреем Зельцером, убитым в перестрелке с сотрудниками КГБ.

По версии следствия, Халилов и второй анархист Евгений Журавский, «находясь около посольства Беларуси в Польше, демонстрировали различные материалы, содержащие информацию, поддерживающую действия лица, совершившего убийство сотрудника КГБ, и сведения <…>, героизирующие террористическую деятельность».

В разговоре с «Медиазоной» Халилов признает, что понимал: силовики могут прийти к его матери.

— Предпосылки к [обыску] были, потому что у Евгения Журавского был обыск. Мы с ним проходим по делу Зельцера. После этого я предположил, что по схожей схеме отработают и моих — я об этом маму предупредил. Я всегда, думая на перспективу, понимал, что рано или поздно начнут третировать моих родственников, чтобы надавить на меня. Что конкретно сейчас и конкретно уголовная статья будет, я не думал. Они [на видео] опубликовали фотографии, где она с какими-то людьми стоит на тротуаре. У людей там бело-красно-белая символика. Видимо, вот это [стало поводом], — рассказывает Халилов.

Роман Халилов (слева) на акции в Варшаве. Фото из пресс-релиза СК

В день обыска, продолжает Халилов, мать не отвечала в мессенджерах, а на ее почту приходили уведомления системы безопасности. Потом активист узнал от соседей, что «выкорчевана дверь [в квартиру] и маму забрали».

— Они все перевернули вверх дном, выпотрошили альбомы семейные, книги на пол посбрасывали. Но в целом я ожидал, что они разносить начнут вещи, мебель ломать, — добавляет активист.

Он говорит, что действия силовиков его разозлили, но предпочитает не говорить о своих чувствах. «Любой ответ будет использован против меня. Конечно, я почувствовал злобу — по очевидным причинам, потому что репрессируют моих родственников. И отвращение к людям, которые это делают, потому что это выглядит жалко. К 56-летней женщине, зная, что она одна, беззащитная, не вооруженная, вламываются вчетвером с дробовиком, с щитом полноростовым, с криками: "Давай, давай!". А что давай? Старую женщину запугать — много смелости не нужно», — говорит Халилов.

В изоляторе Гаянэ Ахтиян навестила адвокат — по словам защитницы, та «держится бодро».

— Адвоката было найти тяжело. Я догадывался, что с этим будут проблемы, но чтобы настолько… Наверное, из восьми человек согласилась только одна, — рассказывает анархист.

Роман Халилов уехал из Беларуси в 2019 году из-за опасений возможного уголовного преследования. Он говорит, что мать никогда не осуждала его за участие в анархическом движении, но переживала за безопасность сына; его отъезд из страны ее обрадовал.

— Мама переживала. Когда сын вышел в магазин, а его приводят домой в наручниках с разбитым лицом, естественно, мама переживает, — вспоминает Халилов. — Это в 2016 году: я вышел магазин забрать пакет из ячейки, который мама забыла. На обратном пути началось: «Молодой человек, пройдемте». Ну, никто не представлялся, начали хватать за руки. Началась потасовка, бросили меня через подножку переднюю, разбили лицо, душили. Я очнулся уже когда по двору бегали дурачки эти в бронежилетах с пистолетами и кричали, чтобы все отошли. Это я был свидетелем по уголовному делу и так меня доставили на допрос. По-моему, по делу, когда краской заляпали «Белтелерадиокомпанию».

Ещё 25 статей