«Время крепких хозяйственников и собирателей земель ушло». Что сказали в последнем слове анархисты, осужденные по делу «Революционного действия»
«Время крепких хозяйственников и собирателей земель ушло». Что сказали в последнем слове анархисты, осужденные по делу «Революционного действия»
7 сентября 2022, 13:35

Фигуранты дела во время вынесения приговора. Фото: Юрий Мозолевский / «СБ. Беларусь сегодня»

6 сентября Минский городской суд вынес приговор по делу «Революционного действия». Его фигурантов следствие считало участниками «международной преступной организации», обвинения им были предъявлены по десяти статьям УК. Десять активистов получили сроки от пяти до 17 лет колонии. Хотя процесс шел в закрытом режиме, правозащитный центр «Вясна», телеграм-каналы «АЧК-Беларусь» и «Революционное действие» опубликовали последние слова четверых подсудимых — Александра Францкевича, Акихиро Гаевского-Ханады, Андрея Чепюка и Александра Козлянко. «Медиазона» приводит их полностью.

Александр Францкевич

17 лет колонии

Скажу честно, у меня изначально было другое последнее слово. Оно было написано в другом контексте, можно сказать, в другой стране. Те жертвы, принесенные во имя единоличной власти в 20 году меркнут теперь на фоне военных преступлений, в которых Лукашенко стал соучастником. Если арестовывала меня политическая полиция авторитарного государства, то судит меня уже военно-гражданская администрация белорусского округа.

Александр Францевич. Фото: Юрий Мозолевский / «СБ. Беларусь сегодня»

Но несмотря на всю жесткость, все наглое вранье, агрессивное невежество, несмотря на огромное количество бессмысленного насилия, я знаю — время крепких хозяйственников и собирателей земель ушло. Это знают даже те, кто по инерции или из страха выполняют все распоряжения, указы и задачи. История переворачивает страницу и в новой главе этот мрачный период найдет свою заслуживающую того оценку. Те же, кого вынудили уехать, кого судят и прессуют в колониях, те, кто на фронте воюет с имперским безумцем — они будут определять будущее Беларуси. Решать проблемы, накопленные за десятилетия безответственного и самодурного правления.

Единственное, о чем жалею, что не приложил больше сил, больше стараний, чтобы эти стены рухнули. Не сделал больше для того, чтобы Россия в конце концов была разрушена. Не был в Киеве тогда, когда русский военный корабль пошел в определенном направлении, а киевляне остановили орду, возомнившую себя непобедимой. Я знаю и верю — вместо тоталитаризма, власти хамов и циников, вместо безраздельного господства немногих над большинством, мы увидим воплощение прямой демократии и подлинного народовластия. Не где-то далеко, а тут, у нас, в Беларуси. Я знаю — будущее принадлежит нам. Жыве Беларусь и Слава Украине!

Акихиро Гаевский-Ханада

16 лет колонии

Этот театральный и кафкианский процесс оставил лишь чувство глубокого разочарования. Он вышел настолько низкого качества, что были исключены даже зрители. Такое представление не годится даже для пуховичского дворца культуры. Думаю, прокурор может это подтвердить. Даже царские и советские судилища были публичными. Но пусть так, я всё же выскажусь.

Из нас слепили международную преступную организацию, угрожавшую аж трём государствам. Для большего эффекта стоило бы осудить нас на 75, 79, 94, сложив все статьи и части, добавив к обвинению измену Родине, наёмничество и срыв уборочной компании.

Акихиро Гаевский-Ханада (в центре). Фото: Юрий Мозолевский / «СБ. Беларусь сегодня»

Но обратимся теперь к классической теории государства социолога Чарльза Тилли, чтобы понять сущность Левиафана. В эпоху ранних государств вооружённые люди, например, варяги, совершили набеги на селения, грабили их и убегали с добычей. Со временем налётчики стали заселять территории. Изъятие совершалось по месту, теперь в виде дани. А жертва, в свою очередь, знала, на сколько и когда её ограбят в следующий раз.

Князья вынуждены оберегать подданых от нападок других бандитов. Грабитель превращается в защитника, изымающего дань для ведения войны. Бандит, предлагающий «крышу», нуждается в угрозе, от которой он охраняет жертву. Аналогично и государства на заре становления. Нет врага — нет и нужды в «защитнике». Если противника нет, стоит его выдумать.

Государства сильно меняет изобретение огнестрельного оружия. С ним элитные рыцарские отряды могли победить даже крестьяне. Государства прибегают к услугам наёмников, оплачиваемых из налогов. Легитимность насилия размыта, так как зачастую бывшие солдаты становились разбойниками, а вчерашний пират подавался на королевскую службу. Но армии наёмников били по бюджету, вгоняя страны в долги. Тогда стали собирать уже собственное население, но не за оплату, а за мораль. Их убеждают, что гибнут они за себя и свою землю. Мораль могла быть как религиозной, так и светской, будь то национализм или демократия. Государство даёт людям право на участие в управлении взамен на лояльность.

Однако порой государства возвращаются к своим истокам. Они развязывают конфликты, чтобы доказать свою нужность, прибегают к грабежу для войны с внешними и внутренними врагами. Вот мы и имеем «гибридную войну» с «коллективным западом» и «беглой» оппозицией, «беспрецедентное» давление «англосаксов». По такой логике РФ вторгается в Украину, отменяет права и свободы во имя иллюзорной духовности; по подобным соображениям Республика Беларусь отжимает «Коммунарку», «Мотовело» или вводит налог на «тунеядство». Два года я был очевидцем рэкета разного масштаба, совершаемого государством. Два года я видел, как репрессивный аппарат перемалывает людей. Удержание власти неконституционным путём, тотальное подавление несогласных, обнищание народа и поддержка безумной войны… Чем это не организованная преступность, обёрнутая в оболочку государства?

Я искренне сожалею лишь о том, что не приложил все усилия против фашистской банды, сформировавшей страну, где иногда не до законов. Быть сейчас против них — значит быть антифашистом. Быть против таких государств — значит быть анархистом. Перефразируя Генри Торо, единственное место, приличествующее честному гражданину в том государстве, в котором узаконивается и покровительствует беспредел, есть тюрьма.

Хочу поблагодарить находящихся рядом на скамье подсудимых, особенно начавших этот путь в 2020-м. Верю, что вы пройдёте дальнейшие испытания достойно. Также выражаю уважение Эдварду Сноудену, чье упоминание в эссе является доказательством моей вины. Этот человек продемонстрировал, что совесть может быть сильнее обстоятельств, а права человека важнее национальных интересов. Видимо, и нам нужен свой Сноуден.

И напоследок. Человеческое спасибо адвокатам, которые не боятся и не опускают руки. Лучшие времена еще впереди!

No pasaran! Жыве Беларусь и слава Украине!

Андрей Чепюк

6 лет колонии

В своем последнем слове я хотел бы сказать, что мне очень стыдно за беларускую судебную систему, за следственные органы, которые умеют писать качественный юмор! На протяжении всего процесса мы очень часто смеялись с работы прокурора, следствия. Заготовка (предположительно, от ГУБОПа) для прений прокурора — это лучшее, что звучало в зале. Юмор качественный! Я не представляю, кто, будучи в здравии, может серьезно воспринимать этот процесс и конкретно обвинение. О том, что дело политически мотивировано, говорит и количество статей, и само обвинение.

Андрей Чепюк. Фото: Юрий Мозолевский / «СБ. Беларусь сегодня»

Я знаю, что каждый в скором времени ответит за свои действия, за свои решения перед обществом. Не нужно это расценивать как угрозу. Реальность показывает, что правда, объективность и справедливость сильнее бандитских методов МВД и КГБ. Люди не пугаются встать на путь борьбы за права! Ибо законы, процессуальные нормы можно трактовать в удобную себе сторону. А можно и вовсе на них не обращать внимания, ведь высокий суд сам дает оценку чему-либо. Во время задержания в отношении меня и других обвиняемых применялось насилие, как физическое, так и психологическое. Подтверждения моих слов имеются в материалах дела. В настоящее время это является нормой политически мотивированных дел.

За без малого два года моего содержания в СИЗО я убедился, что следственным органам сложно сломать волю беларуса или беларуски без помещения в переполненный карцер ИВС, без постановки на профучет, внесения в список лиц, якобы причастных к террористической деятельности, без всяческого насилия на протяжении всех этапов работы репрессивной машины. Беларусы теряют здоровье от этих действия, беларуские семьи рушатся. Для чего органу, который наделили властью и полномочиями, нужно совершать вышеупомянутые действия, каждый решает для себя сам.

Я хочу, подытожив, сказать спасибо всем беларусам! И отдельное огромное спасибо тем, кто оказывал помощь людям, оказавшимся в беде, в это неспокойное время. Беларусь будет свободной!

Александр Козлянко

6 лет колонии

Все, что последние годы происходит у нас в стране в области права, можно охарактеризовать двумя емкими словами — правовой дефолт. Он произошел не на ровном месте. Эта государственная система все годы своего существования подготавливала почву, чтобы силовые структуры и чиновничий аппарат были готовы безоговорочно выполнять любые команды сверху.

Александр Козлянко. Фото: Юрий Мозолевский / «СБ. Беларусь сегодня»

События с конца мая 2021 года показали, насколько далеко можно зайти по отношению к собственному народу, подчиняясь приказам людей, чье мнение для них является авторитетным. Хотя я думаю, одного приказа маловато. В дополнение включается психологическая защита, и происходит поиск самооправдания, почему так стоит поступать. Я вижу два основных укрытия для совести.

Первое связано с обесчеловечиванием своих оппонентов. Выставлением их в неприглядном свете: «Проститутки, наркоманы, экстремисты». Без внутреннего чувства морального превосходства сложнее действовать в отношении противной стороны жестко, применять необоснованное насилие и предосудительные формы давления.

Второе — что они стоят на страже закона, ради сохранения которого его нарушают сплошь и рядом. Аргумент «я защищал закон» может быть убедительным для собственного «я». Тут не только моральное, но и юридическое подтверждение правоты своих поступков. Логическая, конструктивная аргументация с предъявлением фактов, что совершаемые ими действия являются преступными, не оказывают должного эффекта на госструктуры.

Продолжается повсеместная фабрикация уголовных дел, не имеющих четкой доказательной базы, подпадающих скорее под административный кодекс — это, например, статьи 130, 342, 366, 368, 369 УК — а те, что подпадают под УК, то не под столь серьезные статьи, как, например, участие в экстремистской организации или акт терроризма. На основе подобного мифотворчества затем и выдвигаются такие запросы обвинения.

Про все существующие нестыковки в материалах нашего дела уже сказали адвокаты. Повторять не буду. Скажу только, что зачитанные 158 томов говорят не о нашей виновности, а о политической мотивированности судебного процесса. Нас судят не за совершенные деяния, а за активную жизненную позицию и альтернативное мировоззрение, за что и хотят изолировать на долгий срок. На это могу сказать, что в стране после приговора на десять незаконно осужденных политзаключенных станет больше.

Жыве Беларусь и слава Украине!

Ещё 25 статей