«Содействие экстремизму», юридические советы и протесты. Как и за что в Беларуси судят адвокатов
Олег Грицкевич
«Содействие экстремизму», юридические советы и протесты. Как и за что в Беларуси судят адвокатов
1 марта 2024, 16:08

Иллюстрация: Тая Л. / Медиазона

Силовики продолжают репрессии против адвокатов: 29 февраля в Минске сотрудники КГБ задержали нескольких защитников. С чем связан рейд и сколько человек задержаны до сих пор, неизвестно. «Медиазона» рассказывает, как государство преследовало адвокатов в последние годы.

Виталий Брагинец, защитник Алеся Беляцкого. 8 лет колонии

В феврале 2023 года 8 лет колонии получил адвокат Виталий Брагинец. Юриста обвинили по четырем статьям УК: разжигании вражды, призывах к действиям против нацбезопасности, создании экстремистского формирования или участии в нем и грубом нарушении порядка.

Перед заключением под стражу по уголовному делу Брагинца два раза подряд арестовывали на 15 суток. Из-за этого он не попал на суд своего подзащитного — адвоката Андрея Мочалова.

Суд над Брагинцем прошел в закрытом режиме, о подробностях дела и сути обвинений ничего неизвестно.

«Виталий молодец, держался бодро. Он никогда никому не отказывал в консультации на месте. Но он также почти потерял голос от болезни. Виталий рассказывал, как абсурдно его арестовали: прямо перед тем, как ему надо было ехать к клиенту», — вспоминал сокамерник Брагинца по ИВС Окрестина.

Виталий Брагинец — адвокат с 25-летним стажем. С 1996 по 2010 он возглавлял собственное бюро «Брагинец и партнеры», а в последние годы работал в юридической консультации Дзержинского района Минска. Защищал главу правозащитного центра «Вясна» и лауреата Нобелевской премии мира Алеся Беляцкого.

Александр Данилевич. 10 лет за интервью и юридические советы

Александр Данилевич — кандидат юридических наук, бывший преподаватель факультета международных отношений БГУ. В феврале 2022 года адвокат подписал открытое обращение адвокатов и юристов за прекращение войны в Украине.

10 лет колонии — такой приговор весной 2023 года суд назначил Данилевичу. Защитника обвинили в содействии «экстремистской деятельности» за интервью изданию «Трибуна». На самом деле адвокат дал интервью телеграм-каналу «О спорт! Ты — мир!», которого нет в списке «экстремистских» материалов, а «Трибуна» его перепечатала.

Кроме того, юриста обвинили и в пособничестве действиям против нацбезопасности. По версии прокуратуры, Данилевич давал юридические советы Александре Герасимене и Александру Опейкину, которые готовили обращения международным спортивным организациям. Обвинение уверено, что в этих обращениях была ложная информация о президентских выборах, ситуации в социальной, экономической и политической сферах жизни общества, нарушениях прав человека, «якобы совершенных представителями и сторонниками действующей власти».

Данилевич давал юридические советы «неустановленным лицам», которые после выборов создали стачком «Беларуськалия», и помогал составлять письма в адрес норвежской компании Yara, которая закупала продукцию «Беларуськалия». Эти обращения стали причиной того, что Yara прекратила закупать продукцию беларуского предприятия — к такому выводу пришло обвинение.

Юлия Юргилевич. 6 лет за «содействие экстремизму»

Летом 2023 года суд в Гродно назначил 6 лет колонии адвокатке Юлии Юргилевич. Ее судили вместе с журналистом Павлом Можейко — он получил такой же срок. Их обвинили в содействии «экстремистской деятельности».

Обвинение утверждало, что с февраля по март 2022 года Можейко передал сотрудникам телеканала «Белсат» информацию от Юргилевич: о суде над ее подзащитным художником Алесем Пушкиным, о лишении ее лицензии и исключении из коллегии адвокатов. Таким образом они оказали содействие «экстремистской деятельности» «Белсата», считает обвинение.

Кроме Алеся Пушкина, который умер в заключении в июле 2023 года, Юлия Юргилевич защищала музыканта Игоря Банцера, блогера Vadimati и других политзаключенных.

Анастасия Лазаренко. 6 лет колонии за слив данных в ЧКБ

11 мая 2023 года Минский городской суд приговорил к 6 годам колонии адвокатку Анастасию Лазаренко.

Юристку признали виновной в грубом нарушении порядка, незаконных действиях в отношении информации о частной жизни и содействии в разжигании вражды или розни.

Правозащитники, ссылаясь на материалы дела, писали, что Лазаренко «контактировала с представителями ЧКБ и передала им информацию про двух сотрудников милиции». Дело о грубом нарушении порядка на нее завели за участие в марше 16 августа 2020 года.

Михаил Макаров. Год колонии за участие в протестах

Год колонии в марте 2023 получил адвокат Михаил Макаров, выступавший защитником одного из фигурантов дела «Революционного действия». Макарова обвинили в грубом нарушении порядка за участие в протестах в 2020 году.

Задержали адвоката в сентябре 2022, вскоре после вынесения приговора по делу «Революционного действия». Вместе с Макаровым была задержана его жена, адвокатка Виктория Гулькова, и адвокатка Анастасия Саганович — еще одна защитница по делу РД.

Саганович и Гулькова отбыли административный арест по делу о распространении «экстремистских материалов». Информации об уголовном деле против них нет. Михаил Макаров вышел на свободу в июне 2023 года.

Андрей Мочалов. 2 года химии за «подделку документов»

В 2022 году 2 года химии получил адвокат Андрей Мочалов, защищавший журналистку Екатерину Борисевич и многодетную мать Ольгу Золотарь. Именно с последним делом Мочалов связывал лишение его адвокатской лицензии.

Адвоката обвинили в использовании поддельных документов. Причиной для уголовного дела стало то, что Мочалов пришел в суд защищать свою клиентку, когда его уже исключили из адвокатской коллегии. Эта процедура состоит из двух этапов: сначала дисциплинарная комиссия принимает решение об исключении, а затем Совет коллегии исключает адвоката.

«Я был на дисциплинарной комиссии, где мне озвучили решение о моем исключении. Обычно от этого момента до решения Совета проходит около месяца, за который адвокаты завершают дела, ходят последний раз к клиентам в СИЗО и колонию. В моем случае Совет состоялся не через месяц, а через два дня. Но о своем решении Совет забыл сообщить мне. Поэтому я продолжал работать адвокатом, ожидая уведомления от Совета», — рассказывал Мочалов в интервью изданию Plan B.

В суде по делу Мочалова сотрудница Совета объясняла, что заболела ковидом, поэтому не отправила ему ни смс, ни e-mail, ни заказное письмо, а «просто по дороге домой зашла и кинула вам письмо в почтовый ящик».

Между приговором и отправкой на химию обычно проходит несколько месяцев. Андрей Мочалов попал под амнистию и не успел начать отбывать наказание. Сейчас он живет в Германии.